Основания наследования имущества (на примере законодательства России и Республики Беларусь)

Наследственное право относится к фундаментальным отраслям права, где ключевым инструментом реализации юридического механизма служат основания наследования. При этом важно заметить, что их перечень и состав не являются универсальными для всех государств. Основания наследования формируются под влиянием множества факторов, к которым следует относить правовую семью, национальные, исторические и культурные особенности той или иной страны. В рамках настоящего исследования мы рассмотрим основания наследования имущества двух государств: Республики Беларусь и Российской Федерации с целью выявления принципиальной разницы, существующей между ними. В Российской Федерации право наследования закреплено в п. 4 ст. 35 Конституции РФ: «Право наследования гарантируется». [4]. Впрочем, клю- чевое правовое регулирование наследственного права регламентируется частью третьей Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ¬ ГК РФ), а именно разделом V Кодекса, именуемым «Наследственное право» [2], в котором содержатся как общие положения о наследовании, так и нормы о наследовании отдельных видов имущества. Кроме того, важное место в практическом и процедурном порядке оформления наследственных прав играет такой важный нормативный акт как Основы законодательства РФ о нотариате [7]. В российском законодательстве выделяются следующие основания наследования – по завещанию, по закону и по наследственному договору, что закреплено в ст. 1111 ГК РФ [2].

Наследование по закону – это достаточно классический вариант определения юридической судьбы наследственной массы. Однако, его применение на практике возможно лишь в случае отсутствия иных вариантов наследования, наследственного договора или завещания. В России этот институт четко регламентирован и построен на фундаментальных постулатах. Законодатель определил восемь очередей потенциальных наследников в ст. 1142–1145, 1148 ГК РФ [2], что гораздо больше, чем в большинстве стран мира. К примеру, в США в большинстве штатов выделяют всего 3 очереди [5], в Германии – 5 [3]. Несмотря на то, что эти изменения в законодательстве существуют только с 2002 года, когда официально вступила в силу часть третья ГК РФ, они оказывают весьма положительное влияние на все сферы общества. К примеру, применительно к сфере интеллектуальной собственности, эта система очередей позволяет наследникам максимально долго коммерциализировать права на ее разновидности, что не только гарантирует постоянную финансовую стабильность, но и предотвращает их досрочное прекращение.

Наследование по завещанию – односторонняя сделка, которая создает права и обязанности после открытия наследства, что закреплено в п. 5 ст. 1118 ГК РФ [2]. При этом отметим, что завещание является приоритетным основанием в большинстве правопорядков, в том числе и в России.

Настоящая конструкция носит строго индивидуальный характер и не может быть заключена через представителя, о чем сказано в п. 4 ст. 1118 ГК РФ [2].

Вместе с тем, отвечая современным реалиям, положения о завещании претерпевают некоторые изменения. К таковым следует отнести совместное завещание супругов, ставшее частью правовой системы России в 2019 году в связи с введением в действие Федерального закона № 217-ФЗ «О внесении изменений в статью 256 части первой и часть третью Гражданского кодекса РФ [12]. Научная среда встретила новеллу весьма бурными дискуссиями, оценивая категорию с положительных и отрицательных сторон. К примеру, М. В. Бычкова, характеризуя совместное завещание супругов, указывает на ограничение воли наследодателя и принципа свободы завещания: «Если один супруг умирает в уверенности, что общее имущество (или права на произведение) перейдет их общему ребенку, то выживший супруг может переписать завещание на третьих лиц, бесповоротно нарушив посмертную волю первого» [6]. В то же время Н.Ю.Рассказова отмечает, что практика таких завещаний с первых дней оказалась крайне востребованной гражданами [9]. По нашему мнению, позитивных аспектов намного больше. Так, представляется интересным в этой связи рассмотреть возможность перехода по наследству исключительного права на произведение, созданное в соавторстве супругами. Благодаря конструкции совместного завещания, супруги-соавторы могут предотвратить деление исключительного права на доли и защитить права пережившего супруга. В ином случае исключительное право должно в равных долях распределяться между наследниками одной очереди, к которым может относиться и переживший супруг-соавтор. Таким образом, коммерциализация интеллектуальных прав будет фактически парализована.

Повышенный интерес представляет третье основание наследования – наследственный договор, который на сегодняшний день признается пока только ограниченным числом государств. В России наследственный договор был закреплен еще в 2019 году путем введения в действие Федерального закона № 217-ФЗ «О внесении изменений в статью 256 части первой и часть третью Гражданского кодекса РФ [12]. Согласно нововведению, в ГК РФ появилась статья 1140.1, согласно которой «наследодатель вправе заключить с любым из лиц, призванных к наследованию, договор, условия которого определяют круг наследников и порядок перехода прав на имущество наследодателя после его смерти к пережившим наследодателя сторонам договора или к пережившим третьим лицам, призванным к наследованию (наследственный договор)» [2]. Основной целью введения указанной дефиниции стало предоставление возможности наследодателю и его наследникам закрепить в соглашении определенные права и обязанности по отношению друг к другу. Причем, несомненно, основную роль в данном случае будут играть обязанности потенциального наследника в пользу наследодателя в обмен на гарантии получения наследства в будущем [8].

В данном контексте отдельного внимания снова заслуживает сфера интеллектуальной собственности. В частности, институт наследственного договора является весьма гибким инструментом для определения судьбы интеллектуальных прав на произведения после смерти создателя. Главным преимуществом по такому договору является правомочие автора передать интеллектуальные права на произведения наследникам в обмен на выполнение конкретных условий, что закреплено в п. 1 ст. 1140.1. ГК РФ: «Наследственный договор может также содержать условие о душеприказчике и возлагать на участвующих в наследственном договоре лиц, которые могут призываться к наследованию, обязанность совершить какие-либо не противоречащие закону действия имущественного или неимущественного характера, в том числе исполнить завещательные отказы или завещательные возложения.» [2]. К примеру, наследник может быть обязан организовывать ежегодные выставки картин или финансировать издание неопубликованных рукописей.

Такая юридически закрепленная возможность позволяет автору получить гарантию на развитие его творчества в будущем.

Определившись с ключевыми основаниями наследования имущества, закрепленного в законодательстве Российской Федерации, перейдем к рассмотрению данного вопроса в наследственном праве Республики Беларусь.

В Белоруссии наследственные отношения получили закрепление на уровне основного свода законов страны – ст. 44 Конституции РБ: «Неприкосновенность собственности, право ее наследования охраняются законом.» [11]. Также немаловажными актами, закрепляющие основы наследования в Белоруссии являются Гражданский Кодекс РБ [1] и Закон РБ «О нотариате и нотариальной деятельности» [10].

Республика Беларусь признает всего два основания наследования – по завещанию и по закону, о чем говорит ст. 1032 ГК РБ [1]. Закон не признает современные конструкции наследственного договора и совместного завещания супругов, что свидетельствует о весьма консервативном подходе к регулированию наследственных правоотношений.

Наследование по закону исходит из базовых принципов и во многом совпадает с законодательством России. Однако, есть ряд расхождений в некоторых аспектах. К таковым следует относить, например, очередность наследования. Как и в России Республика Беларусь признает последовательность очередей при выборе наследников, о чем говорит ст. 1056 ГК РБ [1]. Тем не менее, количество очередей по закону возможно лишь до шестой степени родства. Также немаловажно отметить, что отчим, мачеха, падчерица и пасынок вовсе не могут претендовать на наследственную массу в отличии от законодательства Российской Федерации.

В свете сказанного, особого внимания вновь заслуживает сфера интеллектуальной собственности, в частности, то обстоятельство, что узкий круг наследников по закону в Белоруссии напрямую влияет на возможность перехода исключительного права на произведения в составе выморочного имущества, что кардинально меняет юридическую судьбу объекта интеллектуальных прав. Помимо сказанного, в отличии от России в Белоруссии отсутствуют нормы, закрепляющие досрочный переход произведения в общественное достояние. Следовательно, при отсутствии наследников права на названный объект переходят к государству в качестве выморочного имущества, что пресекает возможность получения прибыли «дальними родственниками». Кроме того, государство получает возможность по своему усмотрению коммерциализировать исключительные права на произведение до конца сроков его действия.

Наследование по завещанию в Республике Беларусь, как было отмечено раннее, носит строго консервативных склад, исключающий современные подходы к понимаю наследственных правоотношений. Так, ГК РБ категорически запрещает какие-либо варианты совместных завещаний в п. 4 ст. 1040 ГК РБ: «В завещании могут содержаться распоряжения только одного лица. Совершение завещания двумя или более лицами не допускается.» [1]. Запрет на такой вариант завещания, на наш взгляд, весьма ограничивает волю наследодателей. В то время как перспективная возможность совместного завещания супругов исключает в дальнейшем споры между наследниками. К примеру, в сфере интеллектуальной собственности такая конструкция будет блокировать потенциальное деление исключительного права на доли после смерти автора, что несомненно решит основную проблему наследования авторских прав. В остальном правовое закрепление оснований наследования Российской Федерации и Республики Беларусь совпадает. В обоих правопорядках регламентируются классические институты завещательного отказа и возложения, а также обеспечивается защита прав обязательных наследников за счет общей наследственной массы.

Резюмируя сказанное, можно сделать вывод, что при внешней схожести правовых подходов России и Белоруссии к наследственному праву основания наследования имеют ряд различий.

Российская Федерация в большей степени идет по пути автономии воли сторон, опираясь на постоянно меняющиеся современные подходы к регулированию института наследования. В то время как Республика Беларусь остается верна консервативной модели закрепления норм наследственного права. Тем не менее, наличие наследственного договора и возможность составления совместного завещания супругам в России являются важными преимуществами правовой системы. Ярким примером этого служит радикально изменившаяся юридическая судьба исключительного права после смерти автора произведения.

На наш взгляд, внедрение таких институтов наследственного права в законодательство республики Беларусь могло бы оказать исключительно положительное влияние на правовую систему данного государства.