Пользовательское соглашение: проблемы теории и практики

Сегодня взаимоотношения в цифровой среде выстраиваются различными способами, в том числе правовыми. Одним из наиболее распространенных среди них является заключение пользовательского соглашения.

Рассматривая практику применения таких договоров, можно выделить целый ряд проблем, связанных с правовой неопределенностью данной конструкции в действующем гражданском законодательстве. Так, нередко на практике указанный договор подменяется иными договорными типами, например, лицензионным договором.

В этой связи В.Н. Глонина справедливо обращает внимание, что оформление пользовательского соглашения в качестве лицензионного договора «не может рассматриваться в качестве обоснованного решения». [1] В поддержку данной позиции М.А. Рожкова также дополняет, что «основная сущность любого цифрового сервиса именно в сервисе – в удобстве пользования (подписка, персонализированный поиск, дополнительные предложения и акции)». [2] Дискуссия вокруг названной проблемы возникла в связи с отсутствием прямого законодательного регулирования пользовательского соглашения, что предопределило в доктрине многообразие вариантов его дефиниций. К примеру, Гаврилов В.Н., Чиркаев С.А., Рассказов А.А. указывают на то, что: «Пользовательское соглашение как публичный договор, по которому одна сторона (правообладатель ПО) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) право пользования программным обеспечением на условиях, предусмотренных законодатель - ством РФ, и соглашением сторон». [3] Гущин В.В., Добровинская А.В. отмечают, что: «Пользовательское соглашение» (от англ. end-user license agreement — «лицензионное соглашение с конечным пользователем»; EULA) — соглашение, заключаемое владельцем компьютерной программы и неким потребителем (пользователем ее копии)». [4] Крицкий А.Д., рассматривая в своей статье правовую природу пользовательского соглашения применительно к видеоиграм, считает, что: «пользовательское соглашение – это договор, по которому разработчик предоставляет право доступа к видеоигре пользователю». [5] Обобщая сказанное, можно сделать вывод, что сущность данного договора проявляется, прежде всего, в урегулировании взаимоотношений между пользователем и владельцем информационного продукта. Данная позиция подтверждается сегодня и судебной практикой. [6] С целью изучения правовой природы пользовательского соглашения предлагаем обратиться к отдельным примерам существующих на практике пользовательских соглашений. Так, в пользовательском соглашении «MAX» права на «Сервис, как совокупности программ для ЭВМ, Компания предоставляет Пользователю (лицензиату) на условиях простой (неисключительной) безвозмездной лицензии право использования Сервиса». [7] Предметом пользовательского соглашения «Яндекс.Такси», относящегося к сайту в сети «Интернет», является «предоставление доступа к информации, и функциям, представленным на сайте». [8] В правилах пользования сайтом «www. dns-shop.ru» и приложением «DNS SHOP» указано, что документ регулирует «предоставление Администрацией Сайта Пользователю услуг по использованию Приложения, Сайта и его сервисов (далее – Услуги)». [9] В связи с изложенным, можно увидеть, что пользовательские соглашения охватывают отношения между пользователем информационного продукта и его правообладателем в сфере:

- оказания услуг;

- предоставления прав на использование интеллектуальной собственности и другое.

В этой связи, представляется, что квалификация пользовательского соглашения через конструкцию лицензионного договора, весьма спорная. Не случайно, ее альтернативным некоторые ученые предлагают считать конструкцию договора оказания информационных услуг. [2] Другие же, наоборот, считают некорректным рассматривать правила пользования цифровым продуктом только как договор оказания услуг, рекомендуя квалифицировать такого рода соглашения, как смешанный договор. [5] Действительно, стороны могут заключить соглашение, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 ГК РФ). [10] Если обратиться к судебной практике, то можно увидеть, что смешанный характер пользовательского соглашения не опровергается судом в деле от 01.04.2019 № А53-35183/2018. Так апелляционный суд отметил, что пользовательское соглашение, заключенное между истцом и ответчиком, признается смешанным договором с элементами неисключительной лицензии и договора оказания услуг. [11] В других случаях суд с опорой на толкование пользовательского соглашения указывает на отсутствие в нем характера смешанного договора и отсылает к нормам о лицензии. [12] По нашему мнению, рассмотренные выше правила пользования информационными продуктами, юридическая доктрина и судебная практика позволяют сделать общий вывод о том, что пользовательское соглашение может являться смешанным договором. При этом отдельные специалисты отмечают проблемы, связанные с оформлением пользовательского соглашения в качестве лицензионного договора: налоговые риски, претензии со стороны потребителей и антимонопольных органов. [1] Обращаясь к юридической характеристике пользовательского соглашения следует указать на то, что данный договор может быть как возмездный, так и безвозмездный. Так, в пользовательском соглашении «MAX» права на «Сервис, как совокупности программ для ЭВМ Компания предоставляет Пользователю (лицензиату) на условиях простой (неисключительной) безвозмездной лицензии право использования Сервиса». [7] Встречное предоставление также можно предусмотреть в пользовательском соглашении. [13] Например, акцептом пользовательского соглашения может послужить покупка билета. [14] Здесь, однако стоит провести важную параллель касаемо вознаграждения по договорным конструкциям. Вознаграждение, указанное в лицензии, согласно российскому законодательству, не облагается НДС. [15] Но в случае квалификации пользовательского соглашения смешанным договором, имеющей условия лицензионного договора – договор облагается НДС. Данную позицию подтверждает и судебная практика.. [16] Кроме того, лицензионный договор может являться взаимным, несмотря на отсутствие в его законодательном определении указания о взаимных правах и обязанностях между лицензиаром и лицензиатом, а также односторонне обязывающим (вариативность зависит от модели договора). Взаимный характер присущ пользовательскому соглашению, в том числе. Например, пользовательские соглашения в интернет-ресурсе «MAX» устанавливает взаимные права и обязанности сторон. [7] Рассматривая практику применения пользовательского соглашения, можно заметить, что такого рода соглашение заключается на интернет-ресурсе путем присоединения к стандартным условиям, определенных владельцем ресурса без возможности их изменений. Соответственно, пользовательское соглашение представляет собой договор присоединения, в чем прослеживается сходство с открытой лицензией, являющейся разновидностью лицензионного договора.

Чаще пользовательское соглашение имеет признаки публичного договора, о чем свидетельствует также судебная практика: «доступ к сайту и возможность размещать на нем на своей социальной странице различные объекты возникают после заключения обязательного пользовательского соглашения, предусмотренного Правилами пользования сайтом. Указанные Правила, которые действующим законодательством рассматриваются как публичная оферта (ст. 437 ГК РФ), определяют условия использования сайта и принятие пользователем на себя указанных в нем прав и обязанностей». [17] Таким образом, проанализировав существующие определения понятия «пользовательское соглашение» и природу данного договора, его можно определить как договор, заключаемый между потребителем и владельцем агрегатора информации по поводу использования информационного продукта. Данный договор является не только смешанным договором, но и договором присоединения, условия которого зависят от договорных типов, которые он в себе объединяет.

При этом данная конструкция может быть как возмездной, так и безвозмездной. Между тем, настоящее исследование показало, что отсутствие правового регулирования в действующем гражданском законодательстве пользовательского соглашения, как поименованного договорного типа, позволяет на практике подменять его иными договорными конструкциями, что нередко порождает проблему правовой неопределенности, которая требует в настоящее время более пристального внимания законодателя.