Процессуальные особенности оспаривания участником сделок своего общества в рамках дел о несостоятельности

Оспаривание сделок в рамках процедуры несостоятельности (банкротства) неизменно занимает лидирующие позиции по общему количеству дел, рассмотренных в арбитражных судах. В 2022 г. количество споров рассматриваемой категории увеличилось по сравнению с 2021 годом на 33,8 процента (в 2021 г. – 34105, в 2022 – 41434). В то же время на 21% увеличилось число заявлений о признании должника несостоятельным (банкротом) в сравнении с 2021 годом и составило примерно 96,0 тыс. (2021 год – 79,4 тыс., 2022 год – 67,7 тыс.) [1]. Приведенные данные демонстрируют общую тенденцию к увеличению количества дел о несостоятельности (банкротстве) и позволяют предположить, что применение института оспаривания сделок должников в дальнейшем будет расширяться, поскольку в их основе лежит стремление должника исключить негативный эффект от процедур банкротства, либо наоборот, прибегнуть к ним для уклонения от погашения имеющейся задолженности, а также желание недобросовестных кредиторов воспользоваться процедурами несостоятельности как средством передела собственности.

Несмотря на предпринятые законодателем попытки совершенствования правового регулирования процедуры банкротства, а также значительные изменения в гражданском законодательстве, оспаривание сделок не всегда эффективно выполняет свою восстановительную функцию.

Это связано с наличием целого ряда проблем в применении законодательства, регулирующего порядок и особенности как процедуры оспаривания сделок и применения последствий их недействительности, так и банкротства в целом.

Среди актуальных проблем действующего законодательства об оспаривании сделок в рамках банкротного дела следует назвать:

1) проблему определения неравноценности при оспаривании подозрительных сделок должника, отсутствие четких критериев определения такой неравноценности, отсутствие пределов «дозволенной неравноценности»; 2) незавершенность критериев разграничения реестровой и текущей задолженности, поскольку в настоящее время закон допускает возможность трансформации реестрового долга в текущий и не предусматривает допустимые варианты правоотношений сторон; 3) необоснованное ограничение прав участников организации самостоятельно выступать с требованиями об оспаривании сделки организации, в отношении которой возбуждено дело о несостоятельности.

Названные проблемы приобретают еще большую актуальность в условиях отсутствия стабильной судебной практики по оспариванию сделок должника. Это становится причиной различных толкований одной и той же нормы права, что, в свою очередь, провоцирует возникновение разнородных по смыслу судебных актов в рамках не только всей арбитражной системы, но и отдельно взятого суда. Переходя к рассмотрению темы, следует сказать о том, что оспаривание сделок в рамках дел о несостоятельности имеет ряд процессуальных особенностей.

Во-первых, они касаются состава лиц, которые обладают правом на обращение в суд с требованием о признании сделки организации недействительной. Действующее законодательство, регулирующее процедуру банкротства, устанавливает, что право на оспаривание сделок должника в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) принадлежит ограниченному кругу лиц, в числе которых универсальной компетенцией обладают арбитражный управляющий, а также конкурсный кредитор или уполномоченный орган. В установленных законом случаях право оспаривания принадлежит еще двум категориям субъектов: представителю кредиторов и временной администрации финансовой организации.

Иные участники банкротного дела ограничены в возможностях подачи заявления об оспаривании сделок. Такое состояние законодательства, устанавливающего объем полномочий и круг субъектов, участвующих в оспаривании сделок, подвергается критике как в научной литературе, так и в судебной практике.

Позиции авторов относительно совершенствования законодательства можно разделить на две основные группы.

Представители первого подхода полагают, что правоприменителю следует подходить расширительно к толкованию норм Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[2] и предоставить временному управляющему право на оспаривание любых сделок, совершенных с нарушением требований ст.ст. 63 и 64 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» как после, так и до возбуждения производства по делу о банкротстве[3, с. 53].

Вторая группа авторов исходит из еще более широкого подхода и полагает, что право на оспаривание сделок в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) должно принадлежать всем заинтересованным в этом лицам, в том числе и участникам общества [4, с. 112].

Судебная практика, равно как и научное сообщество, показывает, что законодательство, регулирующее процедуру банкротства, нуждается в доработке. Верховный Суд РФ в Определении от 05.10.2020 N 303-ЭС20-5380 по делу N А16-2306/2017 [5] сформулировал правовую позицию, которая указывает на несовершенство законодательства в отношении объема прав остальных участников дела о банкротстве, имеющих свой интерес. Поводом для рассмотрения стала ситуация, когда акционер обратился в суд с иском об оспаривании сделки по продаже нежилого помещения, которая была проведена без одобрения его участников. Исковое заявление было направлено на восстановление имущественной массы ПО «Дальсельмаш», акционером которого являлся истец, а предметом его требований стало признание сделки недействительной ввиду того, что ее совершение неправомерно уменьшило имущество корпорации и ущемило его права.

В первой инстанции решением Арбитражного суда Еврейской автономной области от 02.04.2019 г. [6] иск был удовлетворен, поскольку суд пришел к выводу о несоблюдении порядка одобрения крупной сделки.

Однако вышестоящие инстанции не согласились с вынесенным решением [7; 8], исходя из того, что истец в данном случае выступил в качестве представителя общества, что противоречит законодательству о банкротстве, допускающим, что на стадии конкурсного производства в этой роли может им может быть только конкурсный управляющий. По мнению судов, истец не может требовать признания сделки недействительной, поскольку в его распоряжении находятся иные способы защиты имущественных интересов, в том числе: «участвовать в собраниях кредиторов, инициировать вопрос об оспаривании сделок конкурсным управляющим, требовать с последнего возмещения убытков».

Второй особенностью оспаривания сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротства) является закрепленная в законе возможность дифференцированного подхода по отдельным категориям споров.

Анализ положений Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и сопутствующей судебной практики позволяет утверждать о существовании трех видов процедур в зависимости от предмета и пределов оспаривания:

1) в рамках отдельного иска в деле о банкротстве; 2) в общегражданском порядке; 3) в рамках установления требований кредиторов в деле о банкротстве.

Оспаривание сделок путем предъявления отдельного иска в деле о банкротстве является наиболее распространенным механизмом оспаривания сделок несостоятельного должника, поскольку в рамках данной процедуры можно оспаривать любые сделки должника как по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, так и по специальным, предусмотренным Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Второй вид процедуры оспаривания предусматривается относительно тех категорий дел, которые возникают по заявлениям контрагентов по сделкам, прокурором или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления. Данные споры могут рассмотрены только в общегражданском исковом порядке вне процедуры банкротства, с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Третья процедура оспаривания сделок должника касается признания сделок недействительными на стадии рассмотрения требований кредиторов, основанных на такой сделке. Оспаривание такой сделки возможно только на основании злоупотребления правом в соответствии со ст. 10 и 168 ГК РФ. Это прямо установлено абз. 3 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 [9].

Представляется, что установление подобного запрета на оспаривание сделки по специальным основаниям гл. III Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», является необоснованным. Отсутствие возможности возражать против включения требований кредиторов в процедуре наблюдения влечет за собой последствия в виде формирования неправомерного реестра требований кредиторов, а следовательно, на первом собрании кредиторов должника, будут приняты неправомерные решения.

Однако предоставление возможности приносить возражения на требования кредиторов не только по общим, но и по специальным основаниям недействительности сделок, может привести к не менее негативным последствиям. В этом случае будут увеличены сроки рассмотрения требований кредиторов, сроки проведения процедур банкротства, будет увеличена нагрузка на судебные органы, возникнут трудности с доказыванием. Поэтому преследование благих целей в виде соблюдения прав всех лиц, участвующих в деле, на практике приведет к затягиванию мероприятий и ухудшению положений ее участников.

Выход из обозначенной проблемы только один. Представляется, что возможность принести возражения на требования кредиторов по основаниям, предусмотренным гл. III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», следует предоставить только в процедурах конкурсного производства и внешнего управления, то есть на тех этапах, когда существует процессуальная возможность обращения с отдельным иском о признании сделки недействительной. Рассмотрение споров в рамках одного судебного процесса будет способствовать процессуальной экономии и приведет к повышению эффективности всего судебного процесса.

Проведенное исследование позволяет сформулировать следующие основные выводы.

1) в числе основных процессуальных особенностей оспаривания сделок в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) является огра- ниченный состав лиц, которые имеют право инициировать данную процедуру. Выявлено, что действующее законодательство, регулирующее процедуру банкротства, нуждается в совершенствовании путем расширения прав участников организации, в отношении которой осуществляется процедура банкротства, по той причине, что оспариваемые сделки могут существенно ущемлять их имущественные права и законные интересы. В частности, необходимо:

расширить права временного управляющего, предоставив ему возможность оспаривать любые сделки, совершенные при отсутствии одобрения его участников, как после, так и до возбуждения производства по делу о банкротстве; дополнить права участника общества, предоставив ему право на оспаривание сделок в рамках банкротного дела, исходя их того, что восстановление имущественной массы организации не противоречит целям конкурсного производства и защищает имущественные права участника гражданского оборота от последствий неправомерных действий единоличного исполнительного органа.

2) установлено, что предусмотренный Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» порядок оспаривания сделок в рамках дел о несостоятельности регламентирован законодательством и содержит как общий алгоритм действий, так и дифференцированный подход к механизму оспаривания определенных категорий дел. Анализ положений ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и судебной практики позволяет утверждать о существовании трех видов нестандартных процедур, при которых при происходит отступление от общего порядка рассмотрения дел: оспаривание сделок в рамках отдельного иска в деле о банкротстве, оспаривание сделок в общегражданском порядке и оспаривание сделок в рамках установления требований кредиторов в деле о банкротстве.