Законность в уголовном судопроизводстве в Российской Федерации

ÓÃÎËÎÂÍÎÅ ÏÐÀÂÎ È ÏÐÎÖÅÑÑ

Из анализа теоретических начал об основе построения уголовно-процессуального права следует, что наиболее распространённым и емким представляется толкование сути принципа и что следует представлять в качестве такового, предложенное Якубом М.Л. Конечно, представлено большое количество и иных определений и подходов к пониманию данного понятия, предложенных исследователями, однако, их суть все равно сводится к тому, что принцип следует воспринимать как некую руководящую идею той общности представлений или познания, явления или системы, из которой она вычленена. Интерес к формированию понятия принципа обусловлен тем, что имея общее представление о его сути, а также при наличии широкого ряда воззрений и определений, предложенных исследователями, ни законодателем, ни учеными окончательный вариант понятия не сформирован. Учитывая необходимость обязательного нормативного закрепления уголовно-процессуальных принципов, отсутствие сформированного и выработанного определения принципа как правового явления, создает еще одно препятствие в формировании эффективной системы принципов уголовного судопроизводства.

Подобный вывод согласуется с воззрениями целого ряда теорий, в которых содержатся рассуждения их авторов о том, что следует воспринимать как принцип уголовного процесса, а что - нет, и следует ли воспринимать те принципы, которые установил законодатель, таковыми, либо по своей сути данные положения принципами определять не стоит. На подобную проблему обратил внимание и Никитюк В.В., который указал, что одним из первостепенных изменений УПК РФ должно является внесение в кодекс понятия уголовно-процессуального принципа [1]. Существует и противоположное мнение, что нормативное закрепление понятия «принцип» и уж тем более «уголовно-процессуальный принцип» не требуется, так как законодатель и так определил что следует воспринимать в качестве принципов уголовного судопроизводства путем формирования их исчерпывающего перечня, таким образом, включать в положения кодекса общих термины и понятия не следует [2]. В своей работе Безруков С.С. указал на то, что принципы, в том числе и уголовно-правовые, формируются из общечеловеческих ценностей [3]. Данное мнение имеет место быть, однако же, вряд ли это определение можно использовать в качестве обозначения юридической природы понятия, так как подобное не приведет к возникновению какой-либо определенности в терминах.

Например, Челохсаев О.З. отмечает, что принципы права необходимо воспринимать как некую идеологию государства по борьбе с преступностью [4], ввиду чего положения, которые законодателем определены в качестве принципов, должны быть обязательно нормативно закреплены и способствовать созданию порядка при осуществлении полномочий государственными органами. Таким образом, отсутствие нормативного закрепления какого-либо существенного уголовно-процессуального принципа будет приводить к возникновению хаоса, как отметил Зажицкий В.И., так как деятельность органов власти будет «абсолютно дезориентирована» [5]. На что же следует обратить внимание и еще в отношении уголовно-правовых принципов? Так, как верно отметил Безруков С.С., принципы уголовно-процессуального права носят императивный характер, в связи с чем, являются строго установленными правилами поведения, в том числе, для государственных органов, на которые, в силу полномочий, возложено осуществление уголовно-процессуальная деятельности [6]. К тому же, для уголовно-процессуальных принципов наиболее характерна регулятивная функция принципов права, связанная с тем, что они выступают регулятором в деятельности, пределы которой строго обозначены положениями закона. Во взаимосвязи следует обратить внимание и на точку зрения Томина В.Т., который указывает, что назначение уголовно-процессуальных принципов заключается в контроле и законном ограничении деятельности органов власти, посредством чего происходит защита прав и интересов лиц, являющихся участниками уголовного судопроизводства [7].

Из всего изложенного можно сформулировать следующее представление уголовно-процессуального принципа - это законодательно закрепленное требование, которое направлено на достижение целей уголовно-процессуальной деятельности, обеспечивающее защиту прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Иным проблемным вопросом является то, как отмечает ряд исследователей-процессуалистов, что существующая система закрепленных принципов не отражает суть процесса, законодателем осуществлен формальный подход к их формированию, а их роль в процессе правового регулирования не оценена в должной мере. На подобное существующее положение, к примеру, обращает внимание Михайловская И.Б., которая отмечает, что имеют место быть как проблемы с реализацией закрепленных законодателем принципов, так и существует проблема в самой сути этих принципов, их полноте и взаимосвязи между собой [8]. Подобные проблемы связаны, в том числе, с тем, что принципы уголовного процесса не являются равнозначными между собой. Так, Пикалов И.А. указывает на то, что вся система принципов подлежит разделению на изначальные и общие. Изначальные принципы имеют определённый приоритет и являются основополагающими правовыми принципами, к которым, к примеру, следует отнести законность. Общие же принципы следует рассматривать как некие практические правила осуществления судопроизводства, и они направлены на реализацию изначальных принципов. При этом сами же принципы действительно формируют целостную систему, что выражается в том, что нарушение какого-либо одного из закрепленных принципов будет вызывать нарушение иных принципов. Подобное будет непременно вызывать нарушение изначального принципа законности. Таким образом, действующая система уголовно-процессуальных принципов обладает характером неделимости и целостности [9].

Исключительное значение принципа законности можно встретить и в трудах Смирнова А.В.

и Калиновского К.Б., в соответствии с которыми все принципы уголовного процесса следует разделять на максимы и производные от них - институциональные принципы. Максимы являются основополагающими принципами и отражающими всю суть уголовного судопроизводства [10].

Принцип законности как максим включает в себя все существенные условия, указанные учеными-цивилистами как для своего рода главенствующих принципов. Так, в данном принципе сочетаются условия, перечисленные Агутиным А.В. - принцип законности направлен на защиту фундаментальных ценностей общества и, в то же время, является инструментом защиты интересов пострадавшего [11]. К тому же, как указывает Володина Л.М.,, принцип законности является и ценностным ориентиром, указывающим на направление всего судопроизводства [12]. Таким образом, в общем смысле принцип законности направлен на соблюдение порядка судопроизводства с целью абсолютной защиты прав и интересов лиц, участвующих в нем. Точно характеризует принцип законности и определение, представленное Качаловым В.И., в виде руководящего положения процессуальной деятельности на всех стадиях производства, направленное на достижение конечной цели всего уголовного процесса [13]. Безусловно, данный принцип обладает и свойством императивности, как указывает Володина Л.М., в том числе, и в силу того, что он является конституционно-закрепленным принципом.

Это еще раз указывает на его особую значимость и приоритет перед всеми остальными принципами [14]. Безлепкин Б.Т., отмечает, что абсолютно вся уголовно-процессуальная деятельность должна отвечать данному принципу при осуществлении судопроизводства от самого начала и до конца [15]. На приоритетность данного принципа в связи с его конституционным закреплением указывает и Безруков С.С., полагает, что он обладает системообразующим свойством, в отличие от некоторых иных принципов уголовного судопроизводства, закрепленных в УПК РФ [16]. Чурсина И.В. отмечает, что помимо всего перечисленного, все принципы уголовного судопроизводства и принцип законности в частности, направлены на создание определенности судебной практики, ее ожидаемости и стабильности [17].

Следует сказать, что, к примеру, Добровольская Т.И. указывает на то, что, безусловно, имеет место быть деление принципов уголовного процесса на конституционные, к которым относится принцип законности, и иные, но каких-либо последствий подобное разделение порождать не должно, так как у участников процесса может сложиться ошибочное представление о безусловной необходимости соблюдения лишь конституционных принципов и возможном, при подобной необходимости, пренебрежении иными.

Между тем. все принципы уголовного процесса обладают равной юридической силой вне зависимости от первоисточника их закрепления [18].

Таким образом, при достаточно большом количестве воззрений исследователей на перечень составляющих систему принципов уголовного процесса, общим для них остается, к примеру, обязательное включение в систему принципа законности при осуществлении судопроизводства. Подобное можно встретить и в теории, предложенной Поляковым М.П и Смолиным А.Ю.

[19], в теории Томина В.Т. [20], в теории Проценко В.П. [21], в теориях, предложенных Качаловой О.В., Якимович Ю.К., Михайловым В.А. а многих других исследователей [22]. Интересным является предложение Давлетова А.А., который предложил несколько видоизменить принцип законности и расширить его, указав на то, что процессуальные решения, принимаемые при осуществлении судопроизводства, должны быть приняты не только на началах законности, обоснованности, мотивированности, но и должны быть справедливыми, в связи с чем, уже нормативно закрепленный принцип подлежит корректировке [23]. Следует полагать, что понятие справедливости и обоснованность его указания в УПК РФ, также вызывает бурные дискуссии среди исследователей, так как однозначно сформулировать его сущность и основные критерии просто не представляется возможным, в том числе, ввиду того, что понимание справедливости каждым из участников процесса является различным из-за занимаемой ими процессуальной позиции и восприятия не только обстоятельств дела, но и положений законодательства.

Безруков С.С. также подчеркивает особое значение и роль принципа законности в системе принципов уголовного процесса, при этом, рассматривая теории построения системы принципов уголовного судопроизводства. выявляет существенные критерии формирования данной системы. Следует сказать, что предложенные исследователем требования являются вполне обоснованными и позволяют критически взглянуть на теории формирования системы принципов уголовного судопроизводства. Так, исследователь указывает на то, что принятая система принципов должна отвечать критерию достаточности для регулирования подобных отношений, при этом в ней должны быть отражены только важные, существенные черты процесса, а не значимые, но все же частные случаи, возникающие в ходе уголовного судопроизводства.

Помимо этого, положения, содержащиеся в принципах не должны каким-либо образом дублироваться, в том числе, в их смысловом выражении, а также должны быть направлены на регулирование интересов всех сторон - и государства, и общества, обвинения и защиты. К тому же, принципы не должны взаимоисключать друг друга. Автор указывает, что между принципами, в частных случаях, могут возникать противоречия, что не может свидетельствовать об отсутствии законности всего принятого процессуального решения, и, как следствие, нарушения принципа законности, так как исключить полностью подобные противоречия просто не представляется возможным [24].

Филимонов В.Д. указывал, что соблюдение указанного принципа должно возникать не только в случае оценки преступности деяния, но и связано с определением наказания, в связи с чем существенным является незлоупотребление властью должностными лицами при осуществлении своих полномочий [25].

Устанавливая назначение принципа законности следует опять же вернуться к теории, предложенной Пикаловым И.А., который также отмечает, что принцип законности является изначальным принципом и занимает главенствующее место в системе принципов уголовного судопроизводства, к подобному главенствующему принципу автор также относит состязательность.

Иные принципы автор относит к общим правилам осуществления судопроизводства, необходимым для обеспечения исполнения двух указанных главенствующих принципов [26].

Бовсуновский Л.М. также предлагает поход, в соответствии с которым необходимо делить принципы уголовного процесса на принципы, которые следует определить как общеправовые, свойственные всей правовой системе, а также принципы сугубо отраслевого законодательства [27]. Как следует полагать, принцип законности является общеправовым принципом, свойственным для всей существующей правовой системы.

Марчук А.Д. обращает внимание и на иную проблему - сочетание необходимости соблюдения принципа законности и быстроты осуществления процессуальной деятельности. Ученый полагает, что необходимость быстрого осуществления судопроизводства диктует необходимость создания гибкой и простой системы, которая тяжело сочетается с качествами судопроизводства, необходимыми для соблюдения принципа законности - гарантиями и условиями, которые позволяют избежать ошибок при осуществлении правосудия. Действующая же на данный момент система является наиболее оптимальной [28]. Следует обратить внимание и на мнение Строгович М.С., которое в корне отличается от ранее указанных теорий. Так исследователь полагает, что принцип законности не следует воспринимать как таковой ввиду того, что он как раз и включает в себя все остальные принципы уголовного судопроизводства. Таким образом, он не является отдельным принципом уголовного процесса, а является основой всех принципов этой системы. Законность выражена во всех принципов процесса, поэтому не должна быть выделена в отдельный принцип. Итак, в соответствии сданной теорией законность выражается во всех принципах процесса и не является отдельным принципом, так как в него включены все основополагающие требования необходимые для рассмотрения дела [29].

В то же время Доля Е.А. отмечает, что надлежащее соблюдение принципа законности в каждом из аспектов деятельности государственных органов выступает гарантом защиты прав и свобод гражданина, несоблюдение же его является безусловным основанием для признания их ничтожными. Подобные неправомерные действия имеют наиболее тяжкие последствия на уровне осуществления международной и межгосударственной деятельности. Исследователь определяет принцип законности как изменение и развитие социальной форм материи при осуществлении любого вида правовой деятельности.

Автор выражает несогласие с ранее указанной позицией Строговича М.С., о том, что принцип законности не может существовать как отдельный принцип, так как представляет собой основу всех иных принципов уголовного процесса.

Исследователь указывает, что в подобном случае, ввиду взаимосвязанности и дополнения друг друга всех остальных принципов и образования ими целостной взаимосвязанной системы, с учетом того, что надлежащая реализация каждого из них возможна при реализации всей системы, то ни один из них не должен быть включен в систему принципов уголовного процесса.

Таким образом, автор делает вывод, что существующее положение о том, что исполнение каждого из принципов уголовного судопроизводства возможно лишь при исполнении принципа законности, не может свидетельствовать о том, что сам он лишь является основой для принципов, а сам не является таковым по своей правовой природе. Каждый из принципов, в том числе и принцип законности, имеет свое индивидуальное содержание, отражающее определенное аспект социального бытия, в определенных видах правовой деятельности, которое его отличает от других принципов процесса. Исключительное содержание принципа законности, отличающее его от иных принципов процесса, это и есть необходимое и строгое исполнение правовых норм при осуществлении деятельности, связанной с уголовным судопроизводством [30]. В разрезе указанного следует обратить внимание на теорию Маркушина А.Г., который указывает, что принципы имеют место быть в правовом поле определенной социальной общности вне зависимости от того воспринимают и осознают ли их субъекты или нет. Принципы же являются отражением объективной реальности и не существуют как таковые в готовом виде. Указанным исследователь обосновывает то, что не может быть использованы, как предлагают ряд исследователей, доказательства, полученные с нарушением требований закона в ходе оперативно-розыскной деятельности, так как в результате подобного будут нарушаться закономерности, на основании которых происходит движение формы социальной материи - преступления, уголовно-процессуального законодательства, а также, как следствие, осуществляемой уполномоченными органами деятельности. Таким образом, в результате подобного будет происходить нарушение целесообразности исполнения закона [31].

Немаловажное значение имеет и следующее. Как отмечают Манова Н.С. и Баранова М.А., ВС РФ отождествляет такие понятия как законность, обоснованность и справедливость, не разделяя их между собой. В указанных понятиях кроется соответствие процессуального акта (приговора) требованиям УПК РФ, возникшего вследствие осуществления справедливого судопроизводства. Так, Решетникова И.В. указывает на соотношение понятий беспристрастности, законности и истинности. Как указывает Манова Н.С., понятие беспристрастности может быть отождествлено с принципом независимости судей, в то время как законность и истинность должны быть отождествлены меду собой. Так, ряд исследователей обосновывают данную позицию тем, что при осуществлении судопроизводства всесторонне и полно должны быть исследованы все обстоятельства дела с целью установления истинной как фактической, так и юридической картины произошедшего. Указанное согласуется и с целью осуществления судебного разбирательства - разрешения конкретного определенного спора. Например КС РФ указал, что при отправлении правосудия суд не должен вставать на сторону защиты или обвинения, исполнять правомочия какой-либо из сторон, а сохранять объективность и беспристрастность, ввиду чего будет осуществлено законное судопроизводство путем которого устанавливается объективная истина. Как отмечает Макарова З.В., действительно принцип законности следует отождествлять с необходимостью установления истины, что косвенно находит свое подтверждение в формулировке, содержащейся в УК РФ, такой как необходимость установления обстоятельств совершения преступления, что и будет отражать объективную картину-истину произошедшего.

Принцип законности, содержащийся в Конституции РФ, представляет собой обязанность государственных органов, граждан, а также иных субъектов права исполнять предписания Конституции РФ и иных нормативных актов, помимо этого, режим соответствия принципу законности установлен и для нормативных актов Российской Федерации.

Таким образом, в общем смысле, принцип законности, содержащийся в УПК РФ, буквально следует воспринимать как то, что само преступление, а также возникающее вследствие этого наказание может быть установлено и определено только на основании положений УПК РФ и УК РФ, к тому же перечень преступлений, за которые виновное лицо может понести наказание, также предусмотрено исключительно УК РФ. Уголовный закон не может применяться по аналогии, так, к примеру, как нормы гражданского права, в виду того, что лицо может быть привлечено к уголовной ответственности за преступление, прямо предусмотренное УК РФ в соответствии с определенным законодателем наказанием в порядке, предусмотренном УПК РФ.

Но как же реализуется принцип законности в отношении «иных участников судопроизводства»? Следует полагать, что на необходимость соблюдения принципа законности и порядка осуществления судопроизводства при подобной конструкции норм УПК РФ, к примеру, обвиняемым, указывают положения части 2 статьи 1, в которой закреплено, что установленный кодек- сом порядок судопроизводства должны соблюдать помимо государственных органов и должностных лиц еще и иные участники уголовного судопроизводства.

Таким образом, в действующей версии УПК РФ возникла следующая картина в отношении принципа законности: отсутствие закрепления в правовых обязанностей участников судопроизводства – не государственных органов и должностных лиц, а также непосредственного указания на необходимость соблюдения ими принципа законности, указание лишь на необходимость соблюдения ими порядка судопроизводства.

Было бы логично, с учетом импортирования данного принципа из Конституции РФ, где помимо государственных органов и должностных лиц возложена обязанность соблюдения принципа законности и на иных субъектов – граждан, указать в УПК РФ на необходимость его соблюдения этими «иными участниками судопроизводства», которые не перечислены в статье 7. Подобный вывод является весьма закономерным, однако же из оценки совокупности норм УПК РФ действительно ли не следует, что кодексом не закреплена необходимость соблюдения принципа законности в отношении иных участников процесса?

В УПК РФ содержится общая обязанность для всех участников процесса соблюдать порядок судопроизводства. Не является ли подобное указание одной из граней принципа законности? Можно ли, к примеру, в отношении обвиняемого говорить о тождественности понятий «нарушение порядка уголовного судопроизводства» и «нарушение норм УПК РФ»? Безусловно, нарушение норм УПК РФ включает в себя нарушение порядка уголовного судопроизводства. Представляется, что данные понятия являются тождественными в силу своего правового содержания.

Таким образом, следует полагать, что часть 2 статьи 1 УПК РФ должна быть определена как составная часть принципа законности и перенесена в статью 7 УПК РФ, так как она определяет режим законности в отношении иных участников процесса, которые не являются государственными органами и должностными лицами именно в том ключе, который определил законодатель. Если для государственных органов и должностных лиц соблюдение принципа законности определяется как осуществление своей деятельности, в том числе, создание необходимых для обеспечения судопроизводства актов и доказательств по делу, в соответствии с нормами УПК РФ, то «иные участники процесса», которые не обладают какими-либо должностными полномочиями и на которых не возложена обязанность обеспечения режима законности, осуществления правосудия – обвиняемым, защитником, свидетелем, и всеми иными лицами, должны соблюдать порядок судопроизводства, установленный кодексом. Таким образом, представляется, что вопреки изложенным ранее мнениям, принцип законности сформулирован в УПК РФ в отношении вех участников процесса - не только государственных органов и должностных лиц, однако же он разобщен и содержится как в ч.2 ст.1 УПК РФ, так и в ст. 7 УПК РФ, в связи с чем, весьма логичным будет являться перемещение ч. 2 ст. 1 УПК РФ в ст. 7 УПК РФ.

Таким образом, следует не согласиться с выводом о том, что субъектами принципа законности следует воспринимать только государственные органы и должностные лица в связи с тем, что граждан следует рассматривать как субъектов права и на них не может распространяться положение о законности в том смысле, который вкладывает в него законодатель. Следует полагать, что принцип законности является многогранным, его содержание несколько отличается для различных субъектов принципа. Указанное еще раз подтверждает тот факт, что в соответствии с положениями УПК РФ, никто, в том числе «иные субъекты права», не освобождаются от исполнения режима законности, предусмотренного законодателем.