В настоящей статье автор обращает внимание на то, что хоть в уголовно-процессуальном законодательстве Российской Федерации и закреплена ст. 4501, устанавливающая особенности процедуры обыска в отношении адвоката, правоприменительная и судебная практика в части их соблюдения складываются непоследовательно. Вопреки требованиям закона, при производстве обыска в жилище указанного участника уголовного судопроизводства должностные лица правоохранительных органов не всегда получают санкцию на его проведение в порядке предварительного судебного контроля, а также в ряде случаев не обеспечивают участие в данном следственном действии члена совета адвокатской палаты. Также автор подчеркивает, что правовой статус последнего каким-либо образом в уголовно-процессуальном кодексе не регламентируется, на основе чего предлагает пути решения существующего пробела в законодательстве. Кроме того, в настоящей работе акцентируется внимание на проблему производства обыска в отношении лиц, проживающих в жилище адвоката. Приведенная автором судебная практика подтверждает несовершенство процессуального регулирования указанного аспекта, на основе чего им предлагаются подходы к устранению проблем, а также рассматривается позиция об упразднении существующих в законе ограничительных мер при производстве обыска в отношении адвоката.

In this article, the author points out that although Article 4501 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation establishes specific procedures for searches of a lawyer’s premises, law enforcement and judicial practice regarding compliance with these provisions has been inconsistent. Contrary to legal requirements, when conducting a search of the residence of this participant in criminal proceedings, law enforcement officials do not always obtain authorization for the search through preliminary judicial review, and in some cases fail to ensure the participation of a member of the bar association’s council in this investigative action. The author also emphasizes that the legal status of the latter is not regulated in any way by the Code of Criminal Procedure, on the basis of which he proposes ways to address the existing gap in the legislation. Furthermore, this paper focuses on the issue of conducting searches of persons residing in a lawyer’s home. The judicial practice cited by the author confirms the inadequacy of procedural regulation regarding this aspect; based on this, the author proposes approaches to resolving the issues and considers the position of abolishing the restrictive measures currently provided for by law when conducting a search of a lawyer’s residence.